ДомойСевер ШоуИгорь Чапурин: я сделал дизайн всего, чего только можно, и "на закуску"...

Игорь Чапурин: я сделал дизайн всего, чего только можно, и «на закуску» пришёл к мужской одежде

Знаменитый дизайнер рассказал Елене Север как в детстве мечтал залить в квартире каток и кататься на коньках, а позже — сделать коллекцию для фигуристов, как пришел к выпуску мужской коллекции одежды и какая отделка внутри «Мерседеса», дизайн котрого он создал.

— Игорь, на этой неделе был всемирный день шопинга. Ты сам где одежду приобретаешь? Или все шьет твой бренд?

— У меня немного странные отношения с одеждой. Иногда бывают ситуации, когда одномоментно надо что-то менять. И чаще всего это происходит на международных симпозиумах, если я нахожусь не в России, а нужно соблюдать дресс-код, которого с собой нет. Тогда я иду и быстро что-то нахожу. Очень много красивых марок мужской одежды, которые делают хорошие силуэты, хорошего качества. А так, конечно, стараюсь носить брэнд Чапурин, мы реально делаем отличную мужскую одежду.

— А почему это так нескоро произошло? Я знаю, что мужскую одежду вы стали выпускать только с 2020 года.

— Я, наверное, немного был таким ретроградным. Раньше мода развивалась так: были дизайнеры, которые делают женскую одежду и дизайнеры, которые делают мужскую. И очень редко компании объединялись или становились огромными, чтобы делать разную одежду. Поэтому, мы добрались до этого периода, когда я уже сделал дизайн машины, дизайн мебели, дизайн всего, чего только можно. И, вот, «на закуску» я пришел к мужской одежде.

Игорь Чапурин

— Ты в быту больше предпочитаешь «кэжуал»? Дресс-код ты соблюдаешь? Как относишься к спортивным и классическим костюмам? Что сейчас актуально?

— У меня спортивные костюмы только в тренажерном зале. Я все время общаюсь с разными людьми. Вот что такое понятие дресс-кода? Когда я читаю лекции, всегда говорю первую, ключевую фразу: дресс-код – это, в первую очередь, уважение к собеседнику. Уважение к тем людям, которые тебя либо пригласили, либо мы просто находимся в определенной условиями обстановке. Дизайнеры мира сейчас делают прекрасные силуэты, и в мужских гардеробах тоже. Модные брюки, модные пиджаки, необычные пропорции футболок, не классические, а именно модные. И когда ты это все перемешиваешь, когда берешь качественные ткани, актуальные цвета — этот микс может сделать образ «дорогим» применительно к любой обстановке. У тебя могут быть прекрасные белые широкие брюки, белая шелковая майка, и при этом ты будешь выглядеть уже, как миллионер.

— Говорят, в Китае, интерес к нашей моде очень высок, даже, мне кажется, больше, чем в Европе. У тебя с Китаем есть дружба?

— У меня с Китаем было две ситуации, скажем так, недобрые. Когда мое парижское шоу было полностью скопировано через неделю после показа. На одном онлайн ресурсе появилась целая коллекция, и я смог только развести руками.  Вторая история, это когда мы чуть опоздали, и наш знак «Чапурин», был зарегистрирован в Китае без нас. Но мы с этим разобрались. Я к тому, что страна развивается быстро, и им, я как дизайнер любопытен. Я уважаю этот ритм, уважаю многие вещи, которые они делают. Но признаюсь, что в Китае, мы ничего не производим кроме натуральной шелковой прокладки. Потому что в Европе она очень дорогая. А бренд «Чапурин» – это всегда качество, всегда люкс. Поэтому там мы делаем шелковые подкладки, которые оберегают кожу от всяких полиэстеровых добавок.

Игорь Чапурин с Еленой Захаровой

— Игорь, а как ты относишься к критике?

— Наверно легко, спокойно. Но, конечно, как любой человек, дальше я начинаю немного нервничать. Мне кажется, творческому человеку, нужно найти тех критиков, мнение которых тебе важно услышать. Все 12 шоу, которые я сделал в Париже, каждое утро, после показа, я вставал и бежал в киоск для того, чтобы купить «Геральд Трибьюн». Потому что Сюзи Менкос  — гуру индустрии критики в мировом фэшене, всегда писала о моих показах. Мне это было важнее всего, даже важнее своего мнения, потому что я уже ничего не мог исправить. И, поэтому, к хорошей, правильной, трезвой, конструктивной критике, я отношусь очень хорошо.

— А какие отношения у тебя сложились с кинематографом? Есть у тебя время смотреть кино?

— Мне кажется, если кино погибнет, то мир рухнет, с точки зрения эстетических ценностей, с точки зрения анализа ситуаций. Только кино может тебе показать, что другим бывает хуже. Кино может показать, к чему стремиться. Только кино, может раскрыть те нюансы отношений людей, которые ты не всегда замечаешь. Кино – это благо. Одна из моих любимых коллекций, где я показал знаменитый золотой комбинезон, в котором позже Бьенсе открыла свое Американское турне, называлась «Лолита». И она появилась после того, как я не читая Набокова, посмотрел черно-белый фильм Стенли Кубрика «Лолита». Я просто влюбился в эту атмосферу. И создал очень сложную коллекцию, очень любимую, красивую. Моя коллекция «Анна Каренина», родилась после того, как я пересмотрел роли всех великих актрис, сыгравших эту героиню, чтобы еще больше понять, чтобы еще больше через себя пропустить эти образы.

Игорь Чапурин с Наоми Кэмпбэл

 — Игорь, а есть место дружбе в вашей индустрии? Вы взаимодействуете с коллегами, подсказываете что-то друг другу?

— Да, я по крайней мере общаюсь с разными людьми своей профессии. Например, одна из моих добрых подруг, Катя Добрякова, делает прекрасные худи, свитшоты,  красивую женственную одежду. Теперь она открыла кулинарию, и еще печет торты, делает пирожные. Когда мы встречаемся с Валей Юдашкиным, мы всегда дружелюбны и негатива у нас не было никогда. Великий Слава Зайцев тоже всегда был со мной в контакте. Наша профессия, она требует уединения для того, чтобы работать, и тут тебе напарники не нужны. Но хорошие отношения внутри индустрии, конечно, обязательны.

Смотрите, что рассказал Игорь Чапурин про тренды и идеи для коллекций

— Игорь, мы все в душе дети, и у каждого из нас есть какая-то символичная игрушка. У тебя, как дизайнера, есть такая?

— Моя главная игрушка – это наш знаменитый мишка: подушка с репсовой лентой, которая продается во всех наших бутиках, она есть у всех наших друзей. Я его придумал, когда много путешествовал в машине. И когда ты засыпаешь в машине, ты все время бьешься головой об стекло. Я создал мишку, которого можно подвязывать. Федя Бондарчук иногда любит его завязывать на шее. Наташа Водянова на голове. Каждый делает с этой подушкой, что хочет. Это милая игрушка. Моя работа — это мой дом, и когда я прохожу через бутик, то вижу череду этих мишек. Мы каждый сезон их делаем из разных тканей и фактур. Они коллекционные, и очень радуют мой глаз.

— Тебя как художника по костюмам сразил какой-нибудь фильм?

— Есть один из фильмов, который называется «Дракула», наверное, это 80-е. Там костюмы делала японский дизайнер, и фильм, кажется, получил Оскара за костюмы. Я не любитель крови, я за добро, а этот фильм, когда смотришь, ты понимаешь, что костюмы тебя настолько завораживают, что ты влюбляешься в этих героев только из-за их красоты.

Игорь Чапурин

 — Игорь, если бы тебе предложили роль в кино, ты мог бы сыграть? Что за роль могла бы быть твоей?

— Я один раз снимался в фильме, который, к счастью, никто не доснял.

— Почему это?

— К счастью, там что-то пошло не так. Там я играл самого себя. Но не получил удовольствия. Я все-таки за профессионализм. Получилось так, что я  снимался в дорогущем частном самолете где-то на взлетной полосе, и я что-то бесконечно должен был говорить… В какой-то момент я понял, что меня это очень утомляет. Нет, я вырос с не боязнью камеры, во времена прямых эфиров. Я прошел практически через все прямые эфиры, и поэтому, в этом плане я очень легок. Я получаю удовольствие от общения и не боюсь его. Но, пускай, мы будем считать, что это была не моя актерская работа, а я просто даю возможность людям видеть меня таким, какой я есть в жизни.

— Игорь, я знаю, что одна из твоих страстей – балет. Что для тебя в балете самое важное? Музыка, постановка, артист?

— Каждый спектакль трогает меня по-разному. Где-то цепляет Чайковский. Где-то, наоборот, что-то в музыке не цепляет, потому что она сложная. Для меня, наверное, все-таки основа — это личности. Причем, личности и хореографа, если говорить о балете, и личности танцующих. Например, знаковая для меня работа с величайшим итальянским хореографом Мауро Беганзети. С ним мы делали балет «Чинко», когда 5 лучших на тот год мировых танцовщиц соединились в одном спектакле, и показали все возможности русской школы балетного искусства.

— Какая из всех твоих работ для тебя более запоминающаяся?

— Наверное, это всегда самая первая работа.

Балет «Лебединое озеро», Игорь Чапурин

— Потому что, ты к своей первой работе идешь всю свою жизнь?

— Да, особенно в балете. Ведь балет – это сложное искусство. «Предзнаменования» – это последняя премьера перед закрытием исторической сцены Большого театра. Большой театр мне предлагает сделать костюмы, декорации. Я никогда в жизни не делал ни костюмы, ни декорации для балета. Я говорю, конечно, да. Потом я остаюсь со всем этим и влюбляюсь. Оказалось, это балет 1935 года. Леонид Мясин, знаменитый танцовщик Дягилева, который стал впоследствии величайшим хореографом. В те 30-е годы, это первый в мире балет на симфоническую музыку. Это удивительный Леонид Чайковский. Сын Леонида Мясина разрешил мне переделать декорации, костюмы (в то время их делал Анри Мансон, знаменитейший французский художник). Этот спектакль шел в программе трех одноактных балетов Леонида Мясина следом за балетом, где костюмы и декорации сделал Пикассо… И это все в моей голове, наверное, вдохновило меня на некую не боязнь доверять себе, когда тебе доверяют другие. Поэтому, я благодарен и сыну Мясина, и благодарен Большому, за этот первый эксперимент, когда я очень повзрослел.

Игорь Чапурин в работе над спектаклем «Ромео и Джульетта»

— Игорь, ты одел немало звезд, даже мировых и супер известных. А когда ты узнаешь о новых героях времени, например, видишь триумфальных олимпийских чемпионок по синхронному плаванью или фехтованию. Ты примеряешь мысленно на них свои коллекции, или наоборот, видишь что-то новое?

— У меня была нереализованная история со спортом, и я немного печалюсь. В детстве я очень любил фигурное катание и мечтал зимой открыть балкон (а жил я на третьем этаже) залить квартиру водой и кататься на коньках. Слава богу, я этого не сделал. Но Ирина Роднина, Горшков, все их фотографии, они меня тогда поглощали. А несколько лет назад мне представилась возможность подготовить нашу команду фигуристов к Олимпиаде. Но одна из пар «сломалась», карьера этих ребят в спорте остановилась, и я так и не смог ничего сделать для нашего знаменитого фигурного катания. Но я надеюсь еще поработать со спортом.

— Чапурин – это не только фэшн, но и декорации, и костюмы к балету, и даже мебель. А как ты дошел до «Мерседеса»?

— Да, я реально тот единственный парень из России, что сделал дизайн уникальной модели «Мерседеса», которая стоит у этого автобренда в линейке продаж. И какое-то время я даже имел счастье быть владельцем этой машины. Она удобна и комфортна. Для меня было очень важно откровение «Мерседеса», который экспериментировал с мировыми дизайнерами. Предыдущую машину, к примеру, сделал Армани. Я придумал дизайн очень многих цветовых составляющих. Но самой сложной была внутренняя отделка салона: светло жемчужный усиливался оттенком и перетекал в цвет песка, которого оросило море. Красиво я сказал?

Елена Север и Игорь Чапурин

— Игорь, мы потрясающе провели с тобой время за беседой, и у тебя есть возможность сказать пару слов на прощание нашим читателям.

— Мы часто в жизни о чем-то забываем, и что-то становится для нас вторичным. Я хочу вам пожелать иногда вспоминать свои победы. Никогда за них не цепляться, но они будут давать вам прекрасную возможность двигаться дальше, фантазировать дальше, и добиваться чего-то большего, чего-то сильного, и чего-то более красивого. Ведь красота, как вы помните, всегда спасет мир.

Елена Север
Телеведущая, певица, актриса, кинопродюсер, общественный деятель. Член Совета директоров ЗАО «Русская медиагруппа». Продюсер кинокомпании «Русский север». Патронесса Благотворительного Фонда «Федерация».

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Мы в соцсетях

      

Новости

Top.Mail.Ru